О малоизвестных героях обороны Порт-Артура.
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
  Войти      Регистрация
Печатать      

О малоизвестных героях обороны Порт-Артура.

Уважаемые посетители! Для участия в обсуждениях на форуме и полноценной работы с нашим сайтом, необходимо зарегистрироваться.

Поиск  Пользователи  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Войти
 

Страницы: Пред. 1 2
RSS
О малоизвестных героях обороны Порт-Артура.
 
Кстати, очень интересный персонаж - провизор пл. госпиталя "Монголия".



Фармацевт на войне: подвиг в Порт-Артуре
Всякая война нелепа и отвратительна, но русско-японская война 1904—1905 гг. на особом счету. В этой “маленькой победоносной войне”, как представлял ее царю Николаю II министр внутренних дел В.К. Плеве, русским пришлось защищать территории, которые на самом деле не были их Родиной. Огромное число жертв было обусловлено как неподготовленностью России к войне, так и бездарными действиями руководителей Вооруженных сил Дальнего Востока.
Непосредственным участником событий на Дальнем Востоке в 1904—1905 гг. стал и наш коллега, провизор Михаил Семенович Фейгельсон, составивший ценный с точки зрения профессионализма и литературного оформления отчет о своей командировке в Порт-Артур в составе медицинского отряда РОКК.
Уже 1 февраля 1904 г., т.е. через три дня после начала войны, отряд Красного Креста (КК) для работы на плавучем госпитале “Монголия” общества Восточно-Китайского пароходства был направлен из столицы на Дальний Восток. В отряд было включено 5 врачей (старший врач — Р. Р. Кинаст), 1 провизор, 1 заведующий хозяйством, 1 казначей, 9 студентов-медиков, 11 сестер милосердия петербургской общины св. Георгия, 4 фельдшера и 50 санитаров.
Провизору М.С. Фейгельсону из-за срочности сборов не удалось проверить аптечное снаряжение, в распоряжение заведующего аптекой предоставили лишь каталог КК с пометками “12х” “10х” (т.е. в 12 и 10 раз больше обычной нормы на 200 коек). Уже из этого каталога была очевидна нехватка средств, так что пришлось докупать их в Иркутске.
Отряд прибыл в Порт-Артур 27 февраля 1904 г. и был незамедлительно переправлен на пароход “Монголия”. На судне была небольшая специальная каюта, выделенная под судовую аптеку, но этого явно не хватало для планирующегося госпиталя на 300 коек. В пароходной аптечке имелся небольшой выбор самых употребительных “домашних” средств и перевязочных материалов. В распоряжение провизора было отведено соседнее помещение — судовой женский лазарет. Эту каюту с двумя койками, клозетом и ванной спешно переоборудовали с учетом качки под аптеку. К кроватям были приделаны доски с круглыми отверстиями — гнездами для бутылей, на стены прибито несколько полок такого же типа. Клозет превратили в канцелярию, а ванную — в конторку-лабораторию. Кроме того, с помощью судового механика установили привезенный из Петербурга аппарат для перегонки воды: небольшой куб, нагревающийся керосиновой лампой, и холодильник.
Штат госпитальной аптеки составили провизор Михаил Фейгельсон, “медицинский” (как он сам себя именовал) фельдшер Б. и три санитара. Впрочем, скоро выяснилось, что фельдшер явно уступает в подготовке санитару Богданову, бывшему на военной службе аптечным (ротным) фельдшером, поэтому последний был назначен Фейгельсоном исполнять дела старшего в аптеке.
Параллельно с устройством помещений Фейгельсон и его помощники занялись распаковкой аптечного груза, занявшей не один день. Проблема состояла в нерациональной упаковке и отсутствии детальной росписи уложенных предметов (указывалось лишь число “аптечных” мест), что объяснялось поспешностью снабжения отряда. Чтобы найти самое необходимое, пришлось перебрать все ящики: одни и те же предметы лежали в разных местах; тонкое стекло при этом соседствовало с тяжелыми керамическими сосудами и жестяными банками. Неудивительно, что большинство стеклянных банок с сулемой оказалось разбито. Сулема смешалась с йодистым кали и содержимым порвавшихся бумажных пакетов с другими лекарствами. В результате большинство лекарственных средств пришлось выбросить. Кроме того, напрасно были вложены большие припасы галеновых препаратов, ведь их можно было готовить по мере необходимости прямо в госпитале. Уцелевшие ЛС были вновь упакованы и снабжены ярлыками.
После бомбежек с моря и брандеров в госпиталь стали прибывать тяжелораненые (сначала в основном моряки), и здесь большую услугу оказал привезенный с собой кислород. Причем во всем Порт-Артуре (нередко город называли просто Артур), в т.ч. в вольных аптеках, его было не найти, поэтому кислородом пришлось делиться с другими госпиталями, и его запасы стали быстро иссякать. Михаил Семенович решил добывать кислород самостоятельно. По его рисунку в портовых мастерских был изготовлен соответствующий аппарат: чугунная колба и газометр, которые сделали из двух старых металлических цилиндров. В частной аптеке был куплен Mangan hyperoxydat, а хлористый калий — привезен в достаточном количестве из столицы. Благодаря этому ни разу не ломавшемуся аппарату удалось добыть около 300 куб. футов кислорода. По отзывам артурских врачей, кислород спас жизнь многим раненым, особенно отравленным газами, выделявшимися при разрыве мешнитовых бомб и японского взрывчатого вещества “шамозе”.
В сентябре 1904 г. на “Монголии” стала ощущаться нехватка йодоформа, найти же его в отрезанном от Маньчжурии с начала мая Артуре было невозможно. Провизор Фейгельсон с честью вышел и из этой ситуации: закупил в Квантунской вольной аптеке соду, йод и готовил йодоформ сам (добыл около 3 фунтов).
В госпитальной аптеке был довольно большой запас спермина Пеля (кроме запасов РОКК, был еще ящик лично от проф. А.В. Пеля), который часто применяли как для вспрыскиваний, так и для приема внутрь. Активно расходовались Adrenalin (sal) и растворы поваренной соли. Провизор готовил довольно много порошков и облаток.
Очень быстро закончились спирт, бензин, эфир и зеленое мыло. С мылом в Порт-Артуре вообще были серьезные проблемы.
В морском бою
Наконец, в последних числах июля 1904 г. “Монголия” получила приказ готовиться к выходу в море с Тихоокеанской эскадрой, пытавшейся прорваться во Владивосток. Исключительно по настоянию главноуполномоченного РОКК П.П. Балашова половину санитаров и большую часть аптечных запасов оставили в Порт-Артуре.
Михаил Семенович (Симонович) Фейгельсон родился в 1876 г. В 1902 г. получил звание провизора. С начала 1900-х г.г. профессионально занимался журналистикой, работал в таких изданиях, как “Современное слово”, “Речь”, “Вечерний звон”, “Наш век”. Чаще выступал под псевдонимом М. Дальний и его производными (Д-ий и т.п.). По данным “Российского медицинского списка”, к весне 1916 г. был управляющим петроградской Египетской аптекой. Имел звание почетного гражданина, за участие в русско-японской войне получил целый ряд наград.
Плавучий госпиталь вышел в море 28 июля 1904 г. Уже через несколько часов на глазах сотрудников “Монголии” разыгрался первый большой бой с японцами, унесший немало жизней. Однако госпитальное судно не имело возможности подходить к эскадре во время боя и оказывать скорую помощь. Тем не менее присутствие судна с флагом Красного Креста поднимало моральный дух моряков, знавших, что при потоплении корабля их успеют спасти. К счастью, ни один из 18 кораблей не был потоплен.
Бой длился в течение 12 часов, до позднего вечера, “Монголия” двигалась за эскадрой, ориентируясь лишь на вспышки и звуки выстрелов. К утру 10 кораблей вернулись в Порт-Артур (7 зашли в нейтральные порты для ремонта, крейсер “Новик” дошел до Сахалина и там в ходе неравного боя был затоплен командой). Уже на внутреннем рейде “монгольцы” смогли принять раненых и контуженных к себе на борт.
В осаде
С каждым днем осада становилась все теснее, а работы сотрудникам госпиталя прибавлялось, тем более что часть из них откомандировали в другие госпитали. Японцы вели регулярные бомбардировки города и кораблей с суши, причем не щадили и краснокрестный пароход. В “Монголию” несколько раз попадали снаряды, но обошлось без людских потерь.
В этих условиях провизору Фейгельсону пришлось заниматься не только аптечными делами. Большую часть “досуга” он проводил в операционной и перевязочных, помогал врачам подавать наркоз, делать перевязки — рабочих рук катастрофически не хватало. Добровольцем Михаил Семенович предпринял поездки с санитарами на передовые позиции во время боя под Куонланом и на перевязочные пункты на морском фронте. Фейгельсон участвовал в прорыве блокады и ночном походе к островам Мио-тао на миноносце “Сильный” — на миноносцах вообще не было медпомощи.
“Участие” госпиталя “Монголия” в этом бою в Печилийском заливе описано в политически выдержанном (создано в 1938—1941 гг.) историческом повествовании А.Н. Степанова “Порт-Артур”. Провизор Фейгельсон, один из немногих, включен в книгу под собственным именем. При этом он изображен “пожилым человеком, лет за сорок”, имевшим, кажется, взрослую дочь. По данным же справочника С. Венгерова, Михаилу Семеновичу было на тот момент лишь 28 лет.
С конца сентября 1904 г. краснокрестный пароход “Монголия”, как и весь Порт-Артур, стал подвергаться особенно жестокому обстрелу, поэтому 21 сентября госпиталь перенесли на берег, в Новый город. Главное помещение разместилось в срочно переоборудованном доме гражданского управления Порт-Артура, аптека же — во флигеле стоящего рядом ресторана “Звездочка”. В нем перестроили большую комнату и переднюю, оборудовав их шкафами со склада РОКК. Воду же по-прежнему перегоняли на “Монголии”. В аптеке на берегу остались, кроме провизора, один фельдшер и один санитар. Прислуживал им китаец.
Во флигеле не было водопровода, и воду возили в бочках на кухню, через улицу от главного корпуса. Кипяченую воду носили в чайниках сами сотрудники аптеки. В конце сентября 1904 г. во время такой перебежки был ранен санитар Богданов, который, однако, отказался взять несколько дней для законного отдыха: загруженность аптеки постоянно возрастала из-за притока новых пациентов. Провизор Фейгельсон по-прежнему помогал в операционной и перевязочных, не отказывался и от командировок: 31 октября 1904 г. он в Минном городке оказывал помощь пострадавшим при взрыве миноносцев “Сильный” и “Стройный”.
В начале декабря 1904 г. во флигель “Звездочки” угодили два снаряда, в результате чего погиб китаец-бой и был смертельно ранен санитар Ермолаев. В тот же день снаряд убил трех больных в главном корпусе.
Стало ясно, что госпиталь нужно срочно эвакуировать в более безопасное место, на воду. Однако “Монголия” уже не вмещала всех раненых, и отряд получил в распоряжение пароход Добровольного флота “Казань”, довольно удачно приспособленный для медицинских нужд, в том числе для размещения аптеки. Под страшным обстрелом 13 декабря 1904 г. госпиталь перебрался на “Казань”. А 20 декабря 1904 г. генерал А.М. Стессель сдал крепость японцам, хотя резервов у защитников Артура хватило бы еще примерно на полтора-два месяца (это в т.ч. мнение вошедших в Артур японцев, которые обнаружили несоответствие ряда важных данных Стесселя действительному положению дел).
 
 
Сообщаю о малоизвестном (или неизвестном) участнике русско-японской войны. Мой дед Буслов Анатолий Ефимович участвовал в обороне Порт-Артура и как он пишет в своих любопытных воспоминаниях  был награжден двумя "крестиками". Что это за крестики? Но он пишет, за что  был награжден. После падения Порт-Артура попал в плен к японцам, потом со всеми вернулся на родину. Все это он живо описывает в воспоминаниях. ( http://www.na-vasilieva.ru/zashhita_port_artura_glazami_rjadovogo_soldata_anatolija_buslova_budushhego_deda_natali_vasilevoj/ )
Страницы: Пред. 1 2
Читают тему (гостей: 1)